04. Борьба вокруг Трудового кодекса

Расшифровка Порошина Е.А.

Курс ПССТК. Лекция 04. Борьба вокруг Трудового кодекса. СПбГУ, 24.18.2018.

Сегодняшняя лекция посвящена борьбе между профсоюзами и работодателями, связанная с принятием нового Трудового кодекса[1]. Мы изучаем политические составляющие социально-трудовых конфликтов, а вопрос о том, какой будет новый Трудовой кодекс, конечно же, является политическим. Он в максимальной степени затрагивает интересы и работников, и работодателей. Так как наш курс называется «Политические составляющие социально-трудовых конфликтов», изучение данного вопроса должно быть в центре внимания. Тем более что конфликтологи действуют строго по закону.

В 90-х годах Россия была на рубеже законодательных изменений. В то время действовал Кодекс законов о труде — КЗОТ. Он был принят в Советском Союзе в 1971 году. В ельцинский период КЗОТ менялся и в результате от завоеваний трудящихся в борьбе за свои права в нём мало чего осталось. До 1936-го года трудовые коллективы значительно влияли на формирование структуры власти. Выдвинуть депутата не могли ни партия, ни общественное объединение, а только коллектив производственной единицы. Эта система обеспечивала и возможность отзыва депутатов в случае их неудовлетворительной деятельности. Позднее система отзыва была порушена, но выдвижение происходило всё также — через трудовые коллективы. А вот уже в 90-х года, когда менялся весь комплекс законов и заканчивался переходный период от коммунизма к капитализму, государство начало приобретать классические буржуазные черты и больше не могло мириться с такими правами работников. Новоявленная буржуазия рвалась уничтожить все ограничения, которые накладывало трудовое законодательство на её погоню за наживой. Старались убрать все послабления рабочим из трудового законодательства. Например, если женщина отказывалась ехать в командировку, её можно было уволить, не важно, что у неё есть маленькие дети.

Ранее нельзя было уволить неосвобожденного от труда работника профсоюза без согласия вышестоящей профсоюзной организации. Требовалось именно согласие, а не учёт мнения. Работодателю было нельзя без согласия профсоюза принять внутри предприятия какие-то акты, всерьёз затрагивающие положение работников. Так было по КЗОТу. И так осталось у тех профсоюзных организаций (у профсоюза докеров, например), которые убрали все ссылки на КЗОТ из коллективного договора и заменили их текстом без кавычек. Т.е. при изменении законодательства, эти прописанные в коллективном договоре положения остались в силе.

Следствием таких изменений стало постоянное ухудшение положения трудящихся. Профсоюзные работники были очень обеспокоены, что все действующие системы норм окончательно будут обрушены. Нельзя будет провести переговоры с работодателем, а самое главное — забастовки, т.е. не будет законного инструмента добиваться улучшения положения работников, защищать их права. Например, в то время зарплата не выплачивалась по нескольку месяцев и даже лет. Вместо зарплаты выдавали продукцию предприятия. По сути, вы должны были в нагрузку выполнить функцию отдела продаж, а доплачивать за это никто не собирался. Надо учитывать, что обычный работник предприятия не имеет торгового образования, навыков торговли, не знает рынка, цен, он вообще, никогда торговлей не занимался.

В 1996 году в Российской газете опубликовали проект Трудового кодекса. Название КЗОТ исчезло. Сделано это было как в советское время в газете «Правда» — без подписи. Тогда это означало, что публикация от Центрального Комитета или от редакции газеты, за которой тоже стоит ЦК. В 1996 году было непонятно, что это за проект. Он привел работников профсоюзов в смятение. Они поняли, что на законном основании стараются прикрыть все возможности бороться за права и интересы трудящихся. Некоторые профсоюзы обратились к нам с вопросом «что делать?» Было принято решение не протестовать против безымянного проекта, а создать свой проект Трудового кодекса и начать его продвижение. А опубликованный «безымянный» проект нужно срочно оценить как негодный, чтобы никто не решился взять за него ответственность. Мы с Константином Васильевичем Федотовым[2] занялись этой проблемой и решили написать такой проект, который по всем параметрам будет улучшать положение работников: никакой зарплаты в виде натуральной продукции; отпуск 40-50 дней; отпуск в связи с вредными условиями не два, а три дня и т.д. Мы такой проект сделали, но современное право не всем дает право законодательной инициативы. Поэтому нужно было найти того, кто наш проект выдвинет на рассмотрение. На заседании Российского Комитета Рабочих договорились с депутатами (они имеют право законодательной инициативы), но те затянули с выдвижением, а когда внесли, то не на пленарное заседание, а только в совет Государственной Думы. В итоге получились два официально не рассмотренных проекта: от неизвестных, опубликованный большим тиражом в Российской газете и от Фонда Рабочей Академии. Наш проект разослали практически по всем профсоюзам и получили множество положительных отзывов.

Тем временем, на другой стороне баррикад стали думать, кому выдвигать проект нового Трудового кодекса. Ельцин не хотел выдвигать — он и так уже не пользовался большой репутацией. Ему это был лишний камень на шею, как нынешняя пенсионная реформа — камень на шею Путину. В итоге не скоро, но появился правительственный проект. Наш проект к тому времени получил широкую известность. Правительственный проект получился ни сколько не лучше, чем «безымянный», относительно положения работников. Просто так пройти этому проекту народ не дал. Авиадиспетчеры стали устраивать голодовки (забастовки им запрещены), докеры приезжали в Москву и проводили митинги. Правительство заволновалось, что их проект не пройдет, и убрало наш проект Трудового кодекса — в думе остался один правительственный проект. Тут подоспел депутат Теймураз Георгиевич Авалиани с соратниками, руководитель Рабочего комитета в Кемерово, который в свое время, на XXVIII съезде выдвигал свою кандидатуру в пику Горбачёву. Они взялись вновь внести наш проект на рассмотрение в Думу. Проект был дополненный, с учётом мнений и замечаний трудящихся. Его снова внесли в Думу и снять его было уже нельзя — если попал на рассмотрение, то должен дойти до голосования. Тогда перепуганное руководство решило задавить количеством. Появились «Проект восьми», мало отличающийся от правительственного; проект ЛДПР, выдвинутый депутатом Митрофановым; проект Московской городской думы, тоже двойник правительственного; проект депутата от Яблока А.В. Головы, в котором детям до восьми лет можно было работать до 120 часов в год.

В большинстве своем все эти проекты завязли, сошли на нет. Правительственный проект тоже нельзя было проталкивать, так как он был полностью направлен против трудящихся. Тогда во главе с депутатом Любовь Константиновной Слиске был разработан проект, объединяющий проекты ФРА и правительственный. Он и получил большее количество голосов, около 220, наш получил несколько меньше — 189. Это был большой успех, так как надеяться на то, что в буржуазном парламенте проект трудящихся получит большинство, было бы наивно. Хорошо и то, что буржуазии уже пришлось искать компромиссы. Например, выходной день 23 февраля взят из нашего проекта. Самая большая потеря в том, что вместо согласования с профсоюзом везде стоит учёт мнения. Т.е. работодатель приглашает представителя профсоюза на чашечку кофе, выслушивает его мнение по тому или иному проекту приказа — учёт мнения произошёл. После этого можно издать приказ. Т.е. профсоюз может лишь отодвинуть принятие приказа на несколько дней, затягивая проведение такой консультации, а полностью препятствовать проекту работодателя не может, он стал беззащитным. Но стал таким только тот профсоюз, который не позаботился внести в коллективный договор норму об обязательном согласовании решений руководства с профсоюзом.

По всей стране предпринимались попытки разрушить коллективную систему защиты прав работников путем внедрения заёмного труда. Т.е. наёмные работники работают на предприятии, но формально к нему не относятся. Есть контора, в которой они числятся, с ней предприятие и заключает договор. Зарплата у них меньше, чем у работников предприятия, так как часть денег отдается их хозяину. Например, люди из «Морского кадрового агентства» работая в порту, получали почти в два раза меньше, чем докеры, защищенные коллективным договором.

Итак, в итоге рассмотренной борьбы мы имеем действующий Трудовой кодекс, который есть компромисс между капиталистами и трудящимися и его надо знать и использовать в своих интересах. Не всё в этом кодексе только в интересах буржуазии. Например, если написано о повышении реального содержания заработной платы[3],[4], мы всё время можем указывать на не невыполнение этого пункта, «махать флажком». Тем более что и в Конституции РФ (статья 7) написано, что «Российская Федерация — социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека», а уровень жизни с каждым годом ухудшается. Такого улучшения должен добиваться класс трудящихся, так как наша буржуазия по происхождению не та буржуазия, которая вышла из феодализма, т.е. купцы, предприниматели, изобретатели, инженеры и т.п. Это в основном жулики, тунеядцы и мошенники, поэтому привнести что-либо великое в экономику они не могут. Их интерес — продать нефть или другие природные ресурсы, купить себе всё, что надо, а не производить самим. Поэтому и санкции нам не безразличны, так как мы завязаны на всём импортном. Хотя в такой большой стране, с таким опытом и историей, как Россия, можно всё производить самим.

Таким образом, мы рассмотрели крупный политический конфликт — борьбу за Трудовой кодекс. Конфликт этот разрешился в такой законодательный акт, который позволяет активно бороться за улучшение своего положения трудящимся, но и капиталистам он позволяет продолжать борьбу за свои интересы, которая оказывается направленной против работников.


[1] Трудовой кодекс РФ принят 30 декабря 2001 г., введен в действие 01 февраля 2002 г. года вместо ранее действующего Кодекса законов о труде (КЗОТ).

[2] На данный момент К.В. Федотов является начальником консалтинго-правового отдела портового комитета Российского профсоюза докеров морского порта Санкт-Петербурга, вице-президентом Фонда Рабочей Академии.

[3] ТК РФ. Статья 130. Основные государственные гарантии по оплате труда работников.

[4] ТК РФ. Статья 134. Обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы.