ТЮМЕНЬ | ПРОФСОЮЗНАЯ БОРЬБА | ИНТЕРВЬЮ

В Тюмени рабочие разных предприятий создают независимые профсоюзы, чтобы улучшить свои условия труда. Сотрудники УГМК-Сталь рассказали, что у них на производстве нарушается техника безопасности, но работодатель игнорирует их. Сталевары, приехавшие со всей России в Тюмень, намерены бороться за улучшение условий труда.

В новейшей истории России появляется потребность в рабочих профсоюзах. В других регионах уже работают профсоюзы: межрегиональный профсоюз «Рабочая ассоциация», профсоюз медработников «Действие», профсоюз школьных учителей «Учитель». В Тюменской области рабочие вынуждены объединяться в независимые союзы, чтобы отстаивать свои трудовые права и социально экономические интересы.

В редакцию «Нашего города» пришли сопредседатель профсоюза «Металлурги Тюмени» Евгений Якимов и сопредседатель профсоюза «Движение» Максим Заварин. Тюменцы рассказали в интервью чего хотят добиться профсоюзной борьбой. Оба профсоюза появились в 2020 году.

Максим, расскажите с какой проблемой сталкивается профсоюз, не важно в какой отрасли, на этапе своего рождения? С первых шагов: с переговоров со своим работодателем, какие типичные проблемы вы знаете?

Максим Заварин: Пока профсоюз молодой — я бы не рекомендовал выходить на переговоры с работодателем, пока профсоюз не наберет силу и нормальную численность. Здесь начинается первая основная проблема то, что большинство работников не разбираются в том, что такое профсоюз вообще. Основная масса воспринимает профсоюз как социальный орган, который дает билеты в цирк, путевки в детские лагеря и т. д.

На первоначальном этапе формирования профсоюза уходило очень много времени именно на разговоры с людьми. С каждым разговаривал около двух часов: я объяснял, что профсоюз — это организация работников. Его основной целью является заключение прогрессивного коллективного договора и контроль за его выполнением. Пробить эту брешь непонимания людей что это за организация: профессиональный союз и для чего она нужна и как должна работать. Профсоюз будет работать в интересах работников только когда работники сами начнут в нем работать и занимать активную позицию в отстаивании своих интересов и отстаивании своих прав. Это основная проблема: непонимание людей что это за организация.

Хорошо. Провели учредительное собрание, какое-то количество работников изъявило желание вступить в новый независимый профсоюз. Что происходит дальше?

Максим Заварин: Конкретно в профсоюзе «Движение» сейчас идет набор членов профсоюза, потому что существует проект прогрессивного коллективного договора именно для обособленного подразделения ПАТП № 2 и чтобы выйти на переговоры с работодателем по заключению данного проекта коллективного договора надо чтобы этот проект поддержало более половины сотрудников обособленного подразделения или предприятия, если говорить о заводе.

Хорошо. Любые профсоюзы, которые начинают свою деятельность, пытаются выходить на руководство всегда сталкиваются всегда с какими-то вечными проблемами. Можете о них рассказать?

Максим Заварин: Мы с этим не столкнулись, но, насколько мне известно, начинается давление на активистов профсоюза: пытаются уволить, подставить или слишком придирчиво относиться, например, применяют меры дисциплинарных взысканий. Поскольку наш профсоюз не столкнулся с этой проблемой, то я не могу с практической стороны осветить этот вопрос.

А что бывает еще интересного про юридическую поддержку? Все равно с работодателем обычный работник не может на его языке разговаривать, потому что на стороне работодателя есть: юристы, множество консультантов. Он даже может нанять специально юристов и адвокатов, которые будут с вами только языком документов разговаривать.

Максим Заварин: здесь я могу сказать только то, что нам всем стоит стать немного юристами. Необходимо разбираться в том правовом поле, которое касается непосредственно нашей жизни. Например, Конституцию Российской Федерации необходимо знать хотя бы в общих чертах. Трудовой кодекс стоит знать каждому, кто состоит в трудовых отношениях, потому что он регулирует эти отношения. И оно у нас носит заявительный характер, если человек не заявляет о своих трудовых правах — значит, его все устраивает, что нарушаются его права, которые гарантированы законодательством. Никто ничего пресекать не будет и наказывать, пока работник сам об этом не заявит. Только чтобы работник об этом заявил — он должен знать о нарушении своих прав. Вот поэтому необходимо знать трудовой кодекс и отраслевые документы. Например, у нас есть приказы Министерства транспорта Российской Федерации. Их очень много и есть очень важные приказы. Особенно что касается режима труда и отдыха водителей. Это серьезный документ, соблюдение которого спасает жизни, но сплошь и рядом он нарушается.

Хорошо, понял. Тогда, Евгений, переходим к вам. Как сегодня обстоят дела с регистрацией вашего профсоюза? Какие этапы вы уже прошли?

Евгений Якимов: На данный момент, 2-го февраля, мы приняты в федерацию профсоюзов России (ФПР — прим. редакции). Сегодня продолжаем работать с людьми, поэтому продолжается набор в профсоюз. Первоначально наплыв единомышленников был большой, только потом работодатель стал давать какие-то поблажки, например, финансовые. Поэтому количество рабочих, желающих вступить в профсоюз, уменьшилось. Но работа с людьми продолжается. Объясняем им для чего это нужно, зачем это нужно.

Я почитал про ваше предприятие: на нем работают 1 200 человек. Какое количество человек в вашем профсоюзе и в профсоюзе, который относится к горно-металлургическому профсоюзу России (ГМПР — прим. редакции)?

Евгений Якимов: По бумагам, которые я смотрел в ГМПР было 453 членов профсоюза, но это было за 2020 год. Достоверно могу сказать, что люди из него выходят. Сколько сейчас в нем состоит — не знаю. У нас на сегодняшний момент около 200 человек. Люди продолжают к нам вступать. Для этого мы объясняем людям зачем им это и для чего.

Кто вам сегодня может помочь или, кто помогает из ФПР?

Евгений Якимов: Нам помогает Олег Бабич. Конкретно с ним я виду переписку. Кроме этого, нам помогают квалифицированные юристы из ФПР.

Говорит Дмитрий Дмитриев, сталевар вакуумной печи, член профсоюза «Металлурги Тюмени»:

Как развивается наш профсоюз, с чем мы столкнулись и почему это все произошло? Тот профсоюз, который у нас существует на предприятии давно не занимается нашими проблемами и окружающей средой.

В какой среде вы работаете? С чем приходится сталкиваться каждую рабочую смену?

Дмитрий Дмитриев: У нас огромные перепады как зимой, так и летом. Зимой у нас холодно, поэтому мы замерзаем, а летом в цеху на рабочих площадках температура достигает + 70 градусов по Цельсию. Я не говорю как люди работают на кранах. Там еще сложнее. Для решения этих проблем профсоюз ничего не делает.

Вопрос такой: что вам требуется на рабочих местах. Например, вас обеспечили средствами индивидуальной защиты?

Дмитрий Дмитриев: Нас обеспечивают, но сами рабочие места не укомплектованы как должно быть это все. В любом случае нам необходимы какие-то холодильники чтобы мы могли воду охлаждать. Должны присутствовать какие-то микроволновки. Это не обеспечивается, и мы вынуждены сами доставать. Сейчас острая проблема в стране: пандемия, на которую работодатель ссылается так… Нам сейчас нельзя есть на рабочих местах. Мы вынуждены ходить в столовую, работодатель создал условия в этой столовой, но график у нас непрерывный работы и у нас очень мало времени куда-то отлучаться. Вот как-то все идет, все нарушается, все противоречит друг другу. То есть мы не можем уйти и в то же время мы должны найти время, чтобы как-то производство не остановить и какие свои потребности удовлетворить.

Хорошо. Коллективный договор — это специальный документ, который защищает права работников, еще туда включаются различного рода желания и обязательства работодателя, которые улучшают условия труда работника. У вас сейчас как обстоят дела с коллективным договором?

Дмитрий Дмитриев: наш коллективный договор настолько не проработанный, настолько сделанный везде по минимальному, что в данный момент, его принимали недавно, мы не могли, мы прорабатывали, предлагали какие-то изменения — так ничего и не сделали. Без нашего согласия его принял действующий сейчас на предприятии профсоюз (ГМПР — прим. редакции). Он и работодатель заключили его между собой. На самом деле все намного хуже. Вся обстановка накалена, потому что коллективный договор не прорабатывается.

А вы смотрели у других предприятий или каких-то заграничных как выглядят условия труда? Сравнивали их?

Дмитрий Дмитриев: Конечно. Только мы заграничные предприятия не рассматриваем, а рассматриваем предприятия нашей необъятной Родины. Вот моторный и транспортный заводы — смотрим их коллективные договоры. Конечно, у предприятий, которые давно существуют, проработаны и введены многие изменения. Например, сделаны доплаты. Но в нашем случае договор стоит и не развивается — наши предложения просто не рассматривают.

Нужен пример такого случая.

Дмитрий Дмитриев: полгода назад была встреча профсоюза главного (ГМПР — прим. редакции). Было предложение повысить людям оплату за ночные смены. Президент ГМПР, фамилию не помню, был представитель нашего завода так же был и представитель первичной ячейки профсоюза ГМПР на нашем предприятии. Они уверяли, что изменения будут к концу 2020 года, но ничего не произошло. Всех, кто состоит в этом профсоюзе это накалило и стали создавать свой профсоюз, чтобы хоть с какой-то точки все столкнулось.

Как нарушается трудовое законодательство в целом?

Дмитрий Дмитриев: все работы, которые выполняются рабочим… На бумаге все по закону, но человек, работающий в каких-то условиях, не обеспечен дополнительными средствами индивидуальной защиты.

Вы их сами покупаете?!

Дмитрий Дмитриев: Нет, нам их выдают. Есть работы, например, в какой-нибудь трубе проводят очистку газовых тоннелей. Во-первых, люди идут туда работать на высоте. Выдается пояс монтажный и костюм специальный, но он не пристегнут. Человек работает на обрыве, но он не пристегнут. Там висит какое-то колечко куда цепляется трос и человек думает, что он пристегнут. Но это встречается, не только у нас на предприятии. В данным момент, если мы чистим газовый узел, то у нас нет противогазов, мы делаем это в обычных респираторах и очках от пыли. Хотя, чтобы чистить какую-то газовые яму или канал — в первую очередь необходимо снабжать людей противогазами. Такого нет. Конечно, туда приходят люди с газоанализаторами, но газ может находится в пыли. И когда человек что-то делает, то он может поднять этот газовый пузырь и отравиться. Но это никто не учитывает, на это внимание не обращают и в целом это так работает, что… скажу за свое место, где работаю. Я сталевар вакууматора и сейчас я столкнулся с такой проблемой: каким-то образом у меня идет второй список вредности. Сейчас мы будем это все прорабатывать в дальнейшем. Подано в суд, надо вернуть те годы, по первому списку как это должно быть

Годы трудового стажа, верно?

Дмитрий Дмитриев: Да. С чем еще сталкиваемся. Если рабочий идет говорить, что нужно обеспечить средствами индивидуальной защиты, которые должны быть специальными, а не просто марлю на нос и очки и костюм, должно быть что-то еще. Создаются какие-то наказания, человека наказывают. Рабочий понимает, что может остаться без зарплаты, и вынужден идти и рисковать своей жизнью.

А бывают случаи, что люди увольняются из-за таких моментов?

Дмитрий Дмитриев: Так как у нас узкая специальность, то работодатель на это тоже, скорей всего, обращает на это внимание. Увольняются те, у кого более расширенный спектр работы. Увольняются слесари и сварщики. А металлурги, у них более узкая профессия… куда пойдет работать металлург в Тюмени? Поэтому он вынужден делать все что и ему скажут. Он пытается сообщить о своих проблемах профсоюзу (ГМПР — прим. редакции), но он не работает.

Интервью закончил Максим Заварин:

Я хотел бы добавить к вопросу о коллективном договоре и на каком этапе находятся профсоюз «Металлурги Тюмени». У меня есть опыт написания проекта прогрессивного коллективного договора. За его основу я брал коллективный договор докеров из Санкт-Петербурга и уже под свою специальность перерабатывать. Сейчас будем с Евгений Александровичем разрабатывать для профсоюза «Металлурги Тюмени» такой проект коллективного договора, чтобы люди понимали для чего вступать в профсоюз — для заключения прогрессивного коллективного договора. Чтобы они могли посмотреть проект и внести свои предложения. В этом плане нам оказывает помощь «Рабочая партия России», членами которой являюсь я и Евгений Александрович. Оказывается помощь консультативная именно от ученых — от докторов экономических и философских наук.

Красной нитью в этих проектах (прогрессивного коллективного договора — прим редакции) должно проходить именно сокращение рабочего времени. За что и выступает рабочая партия России. Именно за сокращение рабочего времени до шести часов. Именно металлурги находятся в опасных условиях, чтобы они меньше времени находились в этих условиях, чтобы их организм получал меньший урон. Нам же продлили пенсионный возраст — значит необходимо сократить рабочий день, без потери заработной платы. В идеале с ее увеличением до стоимости рабочей силы, — закончил Максим Заварин.

Источник: nashgorod.ru

Вступайте в профсоюз «Металлурги Тюмени»!

Вступайте в профсоюз «Движение»!

Читайте также:

Pin It on Pinterest